Партнеры


  Расширенный поиск

185 лет назад 21 октября 1833 года
в Оренбург прибыл композитор Александр Александрович Алябьев.

«Я написал новую  музыку на «Боже, царя храни...»

С музыкантами, трубачами и певчими, сто человек.

Ась! Каково - в Оренбурге!»

А. Алябьев

    Важным событием в культурной хронике Оренбурга первой половины XIX  столетия явилось пребывание в городе известного русского композитора Алябьева, автора ряда популярных вокальных и камерно-инструментальных произведений. Современник М. Глинки и А. Даргомыжского, музыкант с 1833 по 1835 годы жил и работал в Оренбуржье , своим творчеством оказав серьезное влияние на развитие музыкальной культуры города и губернии.

     Оренбургский период жизни занимает особое место в творчестве композитора. Здесь он приобрел множество друзей и влиятельных покровителей, частично скрасивших его печальную участь. Благосклонное отношение к нему местных властей, в частности, военного губернатора В. Перовского, благотворно сказалось на  деятельности музыканта, создавшего произведения в различных жанрах: от вокальной миниатюры, хоров, до сочинений крупной формы (сонаты, трио, увертюры) и даже оперы.

 

    Судьба забросила Алябьева в Оренбургский край не случайно. Сын губернатора Тобольского края, участник Отечественной войны 1812 года, соратник Дениса Давыдова по Ахтырскому гусарскому соединению, отставной подполковник, он, в конце 20-х годов, в Москве проходил по делу об убийстве коллежского советника Т. Времева. Вина Алябьева не была полностью доказана, однако, оставшуюся часть жизни музыкант вынужден был провести в изгнании, проживая под надзором полиции в Сибири, на Кавказе, Урале и Подмосковье.

    В Оренбург Алябьев прибыл 21 октября 1833 года, как раз спустя месяц после отъезда из города великого русского поэта А.С. Пушкина, посетившего край с целью сбора материалов, связанных с восстанием Емельяна Пугачева. Они не были знакомы, и Алябьев был огорчен по поводу несостоявшейся встречи.

   Ссыльный город встретил опального музыканта доброжелательно: губернатор Перовский и его окружение всячески стремились облегчить пребывание Алябьева в чужом и столь отдаленном от Москвы краю. Однако столица степного края даже отдаленно не напоминала ссыльному блестящую светскую Москву...

    Ссыльный композитор был "обласкан" местным обществом, ему сочувствовали, жалели и помогали! Он же, тяготясь "скучным городом", искал места для поправления расстроенного здоровья". 13 мая 1834 года композитор направляет Перовскому письмо, в котором просит: "... пользующий меня медик находит нужным для поправления расстроенного уже несколько лет здоровья моего употребления Сергиевских серных вод; вместе с тем господин оренбургский губернский предводитель Егор Николаевич Тимашев приглашает меня приехать в его деревню, а оттуда отправиться на те воды; почему осмеливаюсь утруждать Ваше Превосходительство покорнейшею просьбою позволить мне воспользоваться испрашиваемым отпуском для укрепления слабеющих от климата и душевных скорбей сил моих". Поездка была разрешена, правда, с полицейским надзором.

   По просьбе друзей Алябьева Перовский возбуждает перед Николаем I ходатайство о его помиловании. Царь, ненавидевший композитора, отказывает. Однако 18 сентября 1835 года Перовский получает письмо с грифом "Секретно" от министра внутренних дел Блудова: "... Находящемуся в Оренбурге и лишенному чинов и дворянства бывшему подполковнику Алябьеву дозволено жить у родных, с запрещением выезда в обе столицы и с отдалением его под надзор полиции в месте его жительства".

      20 марта 1835 года Алябьев уезжает к родным в село Рязанцы Богородского уезда, а в феврале 1836 года неожиданно появляется в Оренбурге. На секретном запросе тульского губернатора Перовский ставит резолюцию:"Уведомить, что г-н Алябьев по пробытии здесь нескольких дней возвратился к месту своего жительства и приезжал сюда по надобности, у него собственно до меня имевшейся". В итоге Перовский добивается у Николая I разрешения "вступить г-ну Алябьеву на гражданскую службу по Оренбургской губернии первым классным чином". В Высочайшем Повелении от 21 августа 1836 года не было указаний о дальнейшем полицейском надзоре и запрете въезда Алябьева "в столицы", и потому Перовский, зачислив ссыльного в свою канцелярию, командирует его в Москву для наблюдения" - за малолетками Оренбургского казачьего и башкиро-мещеряцкого войска, обучавшимся там разным мастерствам". Но это будет позже...

      Осенью 1836 года Алябьев уезжает в Москву. Формально он наблюдает "за казачьими малолетками", а фактически все время отдает творчеству. В течение нескольких лет ему удается не быть замеченным московскими обер-полицмейстером и военным генерал-губернатором. Последний 23 января 1841 года посылает Перовскому секретный запрос: "На каком основании композитору разрешено пребывание в Москве?" Узнав об этом запросе, Алябьев просит у Перовского заступничества: "Ваше Превосходительство! От Вас, единственно от Вашего милосердия зависит теперь участь всего моего семейства и собственного моего благосостояния. Помогите и защитите меня от всех предстоящих мне неприятностей со стороны московской полиции, имея в виду данное мне Вашим Превосходительством поручение в Москве по делам службы, не обращает на оное внимания".

      Перовский отвечает и Алябьеву, очень завуалировано, прося его быть осмотрительным, и московскому генерал-губернатору: "... Г-н Алябьев командирован в Москву по делам службы и будет отозван... как только получит облегчение от болезни".

     Алябьев остается в Москве, но, боясь быть отозванным в любой момент в Оренбург, постоянно пишет Перовскому и жалуется на свое положение. 

     Алябьеву удалось разжалобить оренбургского военного губернатора, и он возбуждает перед Николаем I ходатайство о помиловании "коллежского регистратора Алябьева и разрешения проживать ему в столице". Но царь непреклонен. Шеф жандармов, всесильный Бенкендорф, 16 июня 1842 года сообщает Перовскому, что "император в отношении просьбы коллежского регистратора Алябьева оставлении его в Москве не изъявил на сие свое соизволение и повелел Алябьева выслать из Москвы на жительство в Коломну, уволить со службы". Перовский же за свое мягкосердечие по отношению к опальному композитору получает выговор.



Источник :

Хавторин, Б. Александр Алябьев в Оренбургской ссылке. - Оренбург, 2001. - С. 7.

Библиография :

1. Алябьев Александр Александрович // Оренбургская биографическая энциклопедия / сост. Л.Н. Большаков. - Оренбург; М., 2000. - С. 16.

2. Доброхотов, Б.В. Александр Алябьев: Творческий путь. - М.: Музыка, 1966. - 319 с.

3. Русский соловей: к 225-летию со дня рождения композитора А.А. Алябьева. - Пущино: Фотон-век, [2012]. - 12 с.

4. Трайнин, В.Я. Александр Александрович Алябьев. Краткий очерк жизни и творчества. - Л.: Музыка, 1969. - 94 с.

5. Хавторин, Б.П. Музыкальная культура Оренбуржья: история и современность (архивные изыскания). - М.: Издат. Дом  «Композитор», 2006. -  304 с..

6. Штейнпресс, Б.С. А.А. Алябьев в изгнании. - М.: Музгиз, 1959. - 148 с.

7. Штейнпресс, Б.С. Биография «Соловья». - М.: Сов. Композитор, 1968. - 54 с.

8. Штейнпресс, Б.С. Страницы из жизни А.А. Алябьева. - М.: Музгиз, 1956. - 403 с.

9. Романенко. Н. «Сослать в Оренбург для поправления здоровья...» // Вечерний Оренбург. - 2003. - 18 сентября. - С. 9.

10. Павлова, Е. «Что-то слышится родное...» //Вечерний Оренбург. - 2001. - 26 апр. - С. 5.

11. Кожевникова, Н. И вновь Алябьев Зазвучал / фот. В. Соколов //Юж. Урал. - 2001. - 28 апр. - С. 2.

12. Фурсова, Е. «Вечерний звон» навеял Оренбург? // Культура и искусство Оренбуржья. - 2011. - N  4. - С. 19-20: фото.